Наблюдая за происходящими в мире тенденциями, несложно впасть в отчаяние и депрессию от того, что видишь вокруг себя. Для этого не нужно жить в воюющей/ворующей стране со смешным названием Украдина, для этого не обязательно быть зэком вечного концлагеря под названием "Российская Империя", а также не нужно, чтобы твой сосед по офису носил кепку MAGA. Такая реакция на современный мир вполне естественная, для нее есть все основания у каждого думающего человека, который имеет смелость смотреть на мир с открытыми глазами и способен осмысливать увиденное. Однако – как и множество других естественных реакций – она ошибочна, поскольку основывается на фрагментарном впечатлении, ограниченном рамками текущего момента, не учитывает сам эволюционный процесс и вызванные им изменения, которые на протяжении последних десятилетий переживает человечество.
Резкий всплеск реакционных тенденций, реванш правых сил, усиление доминанты иррационального, тотальное снижение интеллектуального уровня населения планеты (см. статистику о неуклонном падении IQ детей, родившихся после 1975 года), снижение популярности демократических идей в ведущих странах западного мира, утрата веры в либеральные ценности, выбор вектора на возврат к размежеванию и национализм... Список можно продолжать бесконечно, но я его завершу одним конкретным примером, который отлично иллюстрирует большинство из описанных выше процессов: реванш обиженных бездарностей и испуганных обывателей, который войдет в историю США и всего человечества под названием "трампизм". Последствия избрания Трампа еще не проявили себя во всем масштабе, но я уверен, что со временем оно будет оценено по достоинству, и социологи, политики, философы и экономисты напишут на эту тему немало статей и защитят десятки диссертаций, которые продемонстрируют высокую проницательность "задним умом", характерную для типового ученого, а также покажут нам, каким смелым и выразительным может оказаться Табака, когда он пляшет у трупа Шер-Хана.
Все описанное выше является не частным случаем. Это глобальный паттерн, закономерность, поскольку было детерминировано развитием цивилизации на протяжении последних десятилетий. Поэтому избрание Трампа, центробежные тенденции в ЕС, устойчивость путинской системы деспотизма (которая не ограничивается одной Россией) является не проблемой одних лишь жителей США, Варшавы или России, а представляет собой типовую реакцию обывателей на те трансформации в глобальном человеческом социуме, которые начались в конце XX века и резко усилились в 20-е годы следующего столетия – в наше время.
Человечество переживает сложный период смены парадигмы самосознания, переворота представлений о себе самом, собственной роли, целях и задачах. Первый удар нанесла тотальная информационная открытость, которую принес интернет, открыв людям доступ ко всему культурному и интеллектуальному наследию цивилизации. Это заставило людей пересмотреть все представления о ценностях, которые они унаследовали от предков и которые сохранялись практически неизменными в течение всей истории существования человечества (их эволюция была, но ее скорость была такой незначительной, что каждая трансформация занимала десятки поколений, а не происходила в границах одного). Второй удар нанесла стремительно ворвавшаяся – еще быстрее, чем проникновение интернета – эпоха Искусственного Интеллекта (точнее, того, что называют под этим именем, но в данном контексте эти нюансы можно оставить за рамками темы).
Сперва обыватели обнаружили, что мир невероятно разнообразен, доступен и при этом неоднозначен. Это само по себе стало тяжелым открытием для среднестатистического представителя вида Homo Sapiens, который в течение сотен поколений жил в уверенности, что все понятия, которыми он структурирует свои представления об окружающем мире, происходят из его личного опыта взаимодействия с ним, ограничены его собственным культурным контекстом, полностью вписываются в происходящее в его непосредственном окружении и имеют практическую значимость (утилитарную применимость) в рамках его личного быта, в границах существования его семьи или общины. Интернет превратил этот подход в архаичный пережиток, и это стало первым экзистенциальным ужасом, который свалился на все человечество. Большей частью он остался на уровне подсознательного, однако от этого его тяжесть не уменьшилась. Наоборот, это усилило его влияние на поведение обывателей, которые с этого момента стали пользоваться глобальной сетью не для построения того открытого общества, о котором когда-то мечтал Карл Поппер, а для образования в ней привычных кланов, замкнутых групп и сообществ, в которых задачам охранения собственных устоев общины было уделено максимальное внимание и где смесь конформизма и ксенофобии оказались занесенными в Terms&Conditions пользовательских соглашений.
Следующий удар нанес ИИ. Если пришествие интернета напугало обывателя открытием того, насколько окружающий мир обширен, сложен и устойчив к чьим-либо попыткам подчинить его собственным локальным оценочным суждениям, то появление Искусственного Интеллекта привело обывателя в состояние шока. Мало того, что мир оказался сложнее, чем обывателю казалось раньше, этот обыватель внезапно обнаружил, что он сам намного примитивнее и бессмысленнее, чем он привык о себе думать. Оказалось, что его собственная роль и функционал могут быть без малейшего ущерба заменены бездушными алгоритмами, бестелесной машиной, на которую даже невозможно сосредоточить свою ненависть! А между тем способность найти фокус своей ненависти, склонность к экстернальному локусу контроля, потребность в нахождении внешней причины собственной неудовлетворенности – все эти качества, требующиеся для персонификации врага, являются неотъемлемой компонентой психики каждого Homo Sapiens, сформировавшейся в эпоху приматов и сохранившейся до наших дней. Ситуация, когда экзистенциальная угроза налицо, но сам враг в привычной форме необнаружим, способна любого свести с ума. Враг должен быть найден, и он будет найден.
В результате случилось то, что должно было случиться. Все, что мы наблюдаем сейчас, это неизбежная реакция на ускорившуюся эволюцию человеческого общества – реакцию, которую проявляет самая отсталая, самая примитивная, самая распространенная, самая могущественная и самая устойчивая часть населения планеты – те самые "90% всего на свете", о которых говорил Теодор Старджон в своем известном интервью. Это своего рода проявление социально-психологического третьего закона Ньютона, когда человечество ощущает пинок под зад, который дает ему неумолимый закон эволюции, однако в первую очередь реагирует на этот пинок проявлением инерции и попыткой сохранить собственное status quo – хорошо обжитое, комфортное и привычное положение вещей, которое было раньше. То, как эта "доминирующая часть населения" реагирует на эволюционные процессы, как тщетно она пытается воспрепятствовать им, и к каким разрушительным результатам приводят ее действия, все мы сейчас наблюдаем в ежедневных мировых новостях. Однако, испытывая вполне понятное раздражение и отвращение ко всему этому, нам стоит помнить о том, что это – не более чем реакция. Пинок уже дан. Хочет оно того или нет, но это тело уже движется в том направлении, которое его так страшит, и которому оно противится всей своей "массой".
Мои 402 капли валерьянки предназначены для тех, кто, как и я, не может не испытывать возмущения от наблюдения за поведением соплеменников, но нуждается при этом в таком осмыслении этих событий, которое позволит сохранить надежду и веру в будущее. Когда Вернор Виндж в 1993 году предсказал фазу технологической сингулярности, ожидающую человечество в ближайшем будущем, наибольшие вопросы были не к самому форсайту, а к тем формам и проявлениям, которые примет данный этап. Все задавались вопросами: "Как именно это будет происходить? Заметим ли мы этот процесс и как он повлияет на нашу повседневную жизнь?" Теперь вы знаете ответы.
Валентин Лохоня
Украина, г. Сумы
апрель 2026